Синдром Мюнхгаузена "от третьего лица"

Если ваш ребенок каждую неделю подхватывает в садике злокачественные сопли и его иммунитет все время в опасности, проверьте свое психическое здоровье, рекомендует Кристина Абрамовская.

Недавно читала в заморских интернетах страшную историю. Одну женщину, которую соседи знали как несчастную мать дочери-инвалида, прикованной к кровати и не умеющей самостоятельно передвигаться, нашли мертвой в собственном доме. Женщина была зверски убита множеством ножевых ударов. 

Но при этом девочка исчезла – которая не могла ходить, питалась через трубочку в пищеводе, лечилась от всех страшных болезней сразу, перенесла кучу операций и химиотерапий. "Кто мог учинить такое?! – удивлялись соседи, которые помнили малышку беспомощно улыбающейся, слабовидящей и прикованной к инвалидному креслу. Ее мать постоянно устраивала какие-то сборы денег на ее лечение, постоянно направляла девочку на различные анализы и тесты и лежала с ней в больницах, делала ей химиотерапии и операции. Странности к истории добавил и тот факт, что все инвалидные коляски, без которых девочка не могла передвигаться, были на месте.

Опущу множество леденящих душу подробностей, которые вы можете погуглить сами в интернете. В результате выяснилось, что заботливая мамочка непрерывно лечила несчастного ребенка, который в принципе был достаточно (до начала лечения) здоров. В этой клетке дочь прожила до 22 лет, недоедала, потеряла все зубы и волосы, после чего с помощью найденного в интернете бойфренда зарезала мать.

Внезапный поворот в этой истории связан с тем, что на самом деле у матери был так называемый синдром Мюнхгаузена – когда человеку кажется, что у него все болезни в мире. Когда все болезни в мире чудятся у другого человека, как правило, ребенка, это называют синдром Мюнхгаузена "от третьего лица". 

Иногда, когда я слышу истерики по поводу того, что "как это так, теперь нельзя будет вызвать скорую помощь из-за высокой температуры у ребенка, да пусть будут прокляты все, кто это придумал до сотого колена", я думаю, что такой синдром в различной степени тяжести есть у гораздо большего количества людей, чем мы думаем. Мой знакомый врач детской скорой помощи признавался, что 80-90% вызовов – это чтобы успокоить вот таких нервных мамаш. "А потом, чтобы приехать на действительно важный вызов, может не хватить времени", – с горечью подчеркивал он. 

Другие врачи рассказывали мне о большом количестве тестов и анализов, которые приходится назначать, когда родителям кажется, что с "ребенком что-то не так". А регулярные "срачи" в интернетах по поводу, водить или нет детей в садик с соплями? На Западе это вообще не считается проблемой, но у нас все время находится кто-то, кого страшно заразили соплями. Антибиотик при вирусной инфекции, иммуностимуляторы, БАДы, всякие линексы с полезными бактериями, гомеопатия, фуфломицины – все это остается в ходу несмотря на все усилия прогрессивных врачей, родители с легким расстройством Мюнхгаузена продолжают с удовольствием "укреплять детям иммунитет", "гонять глистов", "лечить дисбактериоз" и "надевать шапочку".

К чему это может привести? Мне рассказывали характерную историю про старушку-охранницу на одном предприятии, которая содержит своего 40-летнего сына, "потому что он такой больной ребенок, такой больной, не может ходить". Больной ребенок не стесняется жить за счет старушки-матери, которая сама еле передвигается, голодает, но ежедневно покупает ему витаминные соки и телятинку. Тут, конечно, можно сказать, что сынок хорошо устроился, но эта выученная беспомощность может привести к полной деградации. У меня перед глазами есть пример подобного соседа, который после смерти матери опустился до того, что стал питаться объедками из ближайшей пиццерии и уже явно на крючке у квартирных аферистов.

Возвращаясь к началу эссе, неизвестно, что ждало бы девушку в будущем. Ее историю поведали миру американские журналисты, которые спустя два года после событий навестили ее в тюрьме. Несмотря на плохое тюремное питание, она все равно набирала вес, отрастила волосы и подлечила зубы. И сказала в интервью, что даже в камере чувствует себя гораздо лучше и свободнее, чем в плену у матери, страдающей синдромом Мюнхгаузена "от третьего лица".

Оставьте свой комментарий